安德烈·舍甫琴科远不是唯一一个从街头足球场走出来、最终成长为欧洲级球星的孩子。在他之前，已经有过巴济列维奇和洛巴诺夫斯基，有过杰米扬年科和巴尔。但安德烈是个特殊的例子。人们对他的态度也各不相同。女人和孩子们都非常喜欢他。就连男人们——哪怕是基辅迪纳摩最狂热的球迷——也已经打心眼里原谅了他不久前攻破老东家球门的那粒进球。这还用说吗……毕竟，那可是舍瓦啊……乌克兰足球的骄傲。
“就是普通的一家人。他们有一段时间住在德国，所以家里的餐具挺漂亮。组合柜、沙发、电视——和别人家都一样”，斯韦特兰娜·布尔采娃回忆道。她至今仍住在舍甫琴科一家曾经长期居住的那栋楼里。“我父母和安德烈的父母——柳芭阿姨和格里沙叔叔——关系特别好。过节、过生日，总是在一起。他们一家人过得很和睦。”
再看这里——216号学校，就在离他家楼门口一百米左右的地方。安德烈头三年上学的那间教室里，如今男孩子们总是争着抢着，要坐在这位已经如此著名的足球运动员当年坐过的课桌旁。可是，究竟哪一张才是安德烈的课桌呢？好几张桌子上都有人用小刀刻下：“舍甫琴科曾经坐在这里。”老师们倒是都清楚地记得他，而且很为自己曾经教导过这位世界足坛巨星而骄傲。不过说实话，安德烈所在的班级当时并不算什么尖子班。被分到这里的，都是一些没通过某些物理测试的孩子。但这些孩子彼此关系非常好，也都很善良。安德烈还被选成了班里的体育委员……
——到了高年级，学校规定每天上课前都要做早操——班主任柳德米拉·阿达莫芙娜·别列济涅茨回忆道。教导主任就站在学校门口，专门登记迟到的人。安德流沙却总是错过这几分钟的早操。教导主任就责备我：“你们班那个舍甫琴科又没来。”我跟她解释，这孩子自己一直在锻炼啊：早晨跑步，放学以后又一练就是几个小时。可她每次都对我说：规矩对所有人都一样。后来我就跟他说：“安德流沙2，守时是国王的礼貌——体育委员也一样。你可别再这么坑我啦。”他睁着那双老老实实的眼睛看着我，真心实意地后悔，然后第二天……又迟到了。你知道，有些学生，你无论什么时候想起来，心里都会觉得很温暖。安德烈就是这样的孩子。自己的毛病，他都知道。犯了错误，也肯承认。不过在课堂上，他确实算不上特别出彩。我是教英语的，经常问他：“安德流沙，你一点外语都不会，以后到了国外怎么跟人交流？”他说：“真逼到那份儿上，我自然就学会了”我还记得有一次，他参加比赛回来，给我带了一篇写他的报道。我让他在上面写一句：“献给亲爱的柳德米拉·阿达莫芙娜——来自未来的冠军。”他一下子倔起来了，说自己绝对不写“来自未来的冠军”这几个字。旁边站着的一个女孩说，那她替安德烈写。她写好了，安德烈才拿过笔，在下面签上自己的名字。结果他还真成了冠军！而安德烈人生中的第一个签名，是给我的。
说句实话，学校对舍甫琴科的成长确实帮了不少忙，我们这些老师也一直很照顾他。毕竟，在学生评语里写上“没有表现”“成绩不突出”“未参加”这些话，实在太容易了……但大家都喜欢安德烈。我们知道他是运动员，而且已经选好了自己未来要走的路。所以没必要给他添麻烦。更何况，他还有一位特别好的妈妈。最后三年，柳博芙·尼古拉耶芙娜一直担任家长委员会负责人。班里的各种事情，她主动承担了那么多，于是安德烈缺席几次义务劳动、周末劳动、废金属回收活动之类的，大家也就很容易原谅他了……
——不过，要说安德烈是个领头人物，我觉得倒未必——化学老师娜杰日达·尼古拉耶芙娜·涅恰伊回忆道。我觉得他在学生中并没有什么特别显眼的地方。差不多从七年级开始，安德烈的时间就已经不属于他自己了：到处比赛、集训……他会来找我，说：“您的这门课我肯定怎么都补不上了。您让我学其中某一章吧，我来回答。然后您觉得该给我什么成绩，就给什么成绩。”我没法给他“5分”，可又不想给他“3分”，最后我的课就给了他一个“4分”，让他毕业了。我们俩差不多就是这么相处的。有一次，他又要去参加比赛了，临走前跑来问我，说想给我带件纪念品回来。我说，那就给我带一支双色圆珠笔吧——里面有红、蓝两种笔芯的那种。安德烈后来真的给我带回来了。那支笔我保存了很久。
——我的课，安德流沙学得还不错——数学老师莉季娅·瓦西里耶芙娜·谢连科说。——脑子很灵。当然，也会有不会的东西。可那又有什么要紧呢？他是个特别可爱的男孩子，真诚，又很直率……有一次他从我身边飞奔过去，边跑边问：“莉季娅·瓦西里耶芙娜，您会打领带吗？我妈不在家。”我只好很遗憾地承认，我也不会……后来安德烈已经成了明星，有一次回家。家门口围了一群男孩子，都盼着能拿到他的签名。他听见了我的名字，就拿出一盒糖果，让人转交给我。可惜毕业以后，他一次也没回学校看看——我们的学生要是能见他一次，一定会记上一辈子的。那得让孩子们多高兴啊！……
——安德烈当然是个领头人物，——斯塔斯·莫斯卡列夫斯基回忆道——虽然他在班里并不是个子最高的，但上体育课排队的时候，他永远要站第一个。别人把他调到后面，他会老老实实在那里站一阵子，然后又一点一点挪回队伍最前面。跑步也总想跑第一。四年级以前，我们都叫他“舍夫奇克”3。后来慢慢长大了，他才成了“安德烈”。高年级的学生知道他体育成绩好，也很尊重他，经常叫他一起踢球。我们班特别爱运动，男孩子几乎个个都是足球迷。舍夫奇克踢球时总喜欢把比赛“拽到自己身上”。不拿到球、不一个人连过五六个人，他是绝不会罢休的。他自己踢得痛快，其他男孩却觉得自己根本插不上手。跟安德烈一起踢球，其实挺不容易的……不过，如果对手是比我们年龄大的孩子，那安德烈可就无可替代了。我们全队缩回去死守，舍瓦一个人基本就留在前场。然后我们还能赢。有时候队里会加进几个踢得不怎么样的新人。要是他们哪里做错了，或者丢了球，安德烈就会生气，有时候还会冲他们吼……
——那当然！我会跟他说不能这么骂，人家才第二次上场踢球呢。他也会承认自己不对。等进了迪纳摩以后，他就收敛多了，也沉稳多了。有意思的是，安德烈那时候就已经特别注意保护自己的腿。要是谁把他撞倒，或者踢到他的腿，比赛结束以后，安德烈没准会过去给那人揍一顿。我们有时候就是随便踢踢，有时候大家凑钱赌一箱矿泉水。到了高年级，就赌啤酒了。偶尔老师还会掏钱给我们当奖品。
——他就是个正常男孩嘛。比如我们，完全可能刚打完一架，五分钟以后就又和好了；也可能为了看一部好电影，直接逃一节课。听说洛巴诺夫斯基小时候要是没背会功课，干脆就不进教室；安德烈倒是会来，只不过看情况决定怎么办。有时候一声不吭。有时候明知道同学们肯定会拼命给他提示，也照样跑到黑板前回答。考试的时候，他也经常用别人扔给他的小抄。舍夫奇克确实抽过烟，大概一直抽到八九年级。后来迪纳摩的医生不准他再抽了。安德烈在学校里其实是个非常有存在感的人，学校后面那个我们自己的隐蔽角落里，只要有什么纷争，几乎场场都有他的份。如果他不是当事人，那他就当“和事佬”。谁要是找舍瓦帮忙，说自己被人欺负了，安德烈甚至都不用做什么——只要替受欺负的那个人说一句话，冲突很快就解决了。
——安德烈会跟我们一起在基辅到处逛，也会去乡下——他爷爷现在还住在那里。他特别喜欢钓鱼。也很喜欢待在家里。他们家关系很好。他妈妈特别理解他、心疼他，很多事情都会原谅他。他和姐姐感情也特别好。
——算。他喜欢运动鞋，也喜欢时髦的夹克。他穿得挺漂亮。我还记得他第一次出国比赛。那时候我们上六年级。安德烈从意大利回来以后，特别兴奋地跟我们讲那里的超级市场。他说：“哥们儿，那儿什么都有，而且根本没人盯着谁，可也没人偷东西。”他给我们带回来一大堆口香糖、钥匙扣、圆珠笔，还有喝空了的可口可乐罐。那可是1988年，那种铁皮罐子在我们这里还是稀罕东西。后来安德烈还会从国外带电子游戏回来，然后全班一起玩。不过我记得，当时最让他震惊的，是在意大利解决球衣装备的问题竟然那么容易。我们班一直为这事犯愁。球队一会儿叫“勇士”，一会儿又叫“火枪手”……大家都想穿得整整齐齐、一个样，可哪有钱每次都换一套新队服。他还特别兴奋地给我们讲那里的体育场。他们明明只是孩子，却能在和职业运动员一样的场地上踢球——这在我们看来简直像奇迹。有一次，还有人预言安德烈到22岁的时候会去尤文图斯踢球。我们当时认真讨论了一番，最后一致认为：胡说八道。那可还是苏联时代呢——什么尤文图斯啊！可你看——还真应验了！虽然不是尤文图斯，而是米兰，但反正都是意大利嘛。他特别想成为一名真正的高水平球员。我记得安德烈还跟我们讲过，迪纳摩教练普扎奇是怎么操练卢日内的。拿上几个球，先把一个球踢到球场这一头，再把另一个踢到另一头。球员就在两头来回冲刺。后来他还讲过，有个以前的迪纳摩球员从国外回来，开了一辆进口汽车。安德烈也特别爱讲自己的教练。他说教练就像亲生父亲一样护着自己的弟子，什么事情都替他操心。看来人家还真没白疼他——后来舍甫琴科可是卖了2500万美元呢……
——我们跟柳博芙·尼古拉耶芙娜，还有安德烈，关系都特别好，——季娜伊达·尼古拉耶芙娜·努日娜说，——他们一家人的生活，我们几乎都是一路看着过来的。她一直特别操心安德流沙。他四岁那年，有一次把胳膊摔断了，可一滴眼泪都没掉，甚至连一声都没叫。后来开始练体育了，最初几次训练都是妈妈亲自带他去。这也难怪！迪纳摩的教练甚至直接找到家里来，劝他们说，这孩子必须好好练下去。切尔诺贝利出事以后，柳博芙·尼古拉耶芙娜把孩子们带去了海边。结果刚一回来，俱乐部的电话又开始一个接一个打过来。
安德流沙从小就特别敏感，也特别有同情心。有一次柳博芙·尼古拉耶芙娜去学校接他，结果发现他哭得稀里哗啦，眼泪哗哗地往下流。他说历史课刚开始学奴隶制社会，他觉得那些奴隶太可怜了。安德烈到现在还是这样。我听说，他得知以前的伙伴不幸去世以后，还给他们的父母寄过钱。身边有人需要借钱，安德烈也总是什么数目都肯借，借多久都行。有一次我找他借钱，他立刻就掏出来了：“要多少，季娜姨？”
——现在柳博芙·尼古拉耶芙娜走了，我们才都发现自己有多想她：想她开的那些玩笑，想她讲的那些故事——幼儿园园长瓦莲京娜·尼古拉耶芙娜·尤尔琴科接过话来。——你们不知道，我们以前看安德烈每一场比赛的时候有多揪心！……
——对柳芭来说，那简直就是折磨，——季娜伊达·尼古拉耶芙娜说——她去体育场给儿子加油的时候，只要对方球员冲过来拦安德烈，她立刻就闭上眼睛，把脸转过去。后来她干脆不去体育场了——改成在电视上看球。可每次一有进攻，她还是会跑到另一个房间里，然后问女儿：“列娜，怎么样了？……”她后来那些比较严重的病，都是安德烈真正走上职业体育道路以后，因为长期紧张操心才开始出现的。
——现在她经常从意大利给我们打电话——瓦莲京娜·尼古拉耶芙娜继续说——前不久是她生日，我们还给她打电话祝贺。大家一起回忆以前在这里怎么给她过生日，怎么一起唱歌。她最喜欢的歌是《斯梅列卡》，还有《儿子啊，儿子啊，我的天使》……我们知道她现在住在米兰市中心，住的是俱乐部给她儿子安排的公寓。她最高兴的，就是现在见到安德烈的次数反而比以前在家时还多。她还是照样给安德流沙做他爱吃的东西：用蛋黄酱腌过、套在瓶子上烤的整鸡，还有炖肉。她还抱怨过，本来想做血肠，可在意大利根本弄不到做血肠的材料。那边的酸奶油也和我们这里完全不一样，人家更喜欢吃各种酸奶。不过做沙拉倒完全没问题，各种新鲜蔬菜都买得到。她还特意问过我们奶渣甜饼怎么做，因为安德烈从小就爱吃。毕竟还是家乡饭最合胃口。顺便说一句，他们家已经迎来过第一批意大利客人了。那次聚会特别温馨。有一次柳博芙·尼古拉耶芙娜承认，她真的特别想家。我们也很想她，大家都等着她回来。
一直到三年级，每年三八国际妇女节，安德烈都会给班里的同一个女孩送礼物——安娜·斯克里普卡，她当时在杰留金娜体操学校练体操。后来安娜转去了另一所学校。如今，她已经成为体操运动健将，取得了相当不错的成绩，并决定投身模特事业。猜猜她去了哪里发展？意大利！世界真小……说不定哪一天，在某场高规格的招待会上，这位超级前锋就会遇见那位漂亮的模特——小时候每逢国际妇女节，他曾经送给她“黑桃皇后”香水、《一个儿子的故事》和一枝含羞草。
——和老师们说的正相反，他其实一直挺引人注意的，至少学校里的男孩子当中，只有他一个人能出国，而且还有一套阿迪达斯运动服——斯塔斯回忆道——安德烈也会去迪斯科。不过要说舞跳得多好，那倒谈不上——他更喜欢跟大家混在一起热闹。他算是班里最出挑的几个男孩之一。而且安德烈自己喜欢的，也是那些同样有点与众不同的女孩。
——哪有这回事！就是她特别喜欢安德烈而已，她甚至还说过，舍瓦以后会是她老公——斯塔斯接着说——安娜是个挺好的女孩，只不过那时候安德烈根本没想过谈什么恋爱。我觉得他也没那个时间。
如今接受采访时，安德烈依然以一种令人佩服的执着反复强调：自己没有未婚妻。就算以后有了，她大概也会是个乌克兰姑娘。不过，说不定哪一天，某位贝卢斯科尼家的侯爵小姐会一下子击中他的心，让他把自己的承诺忘得一干二净……
说实话，我倒是非常想写一写这位身价惊人的球员闹过什么小丑闻，又有过什么风流韵事。可安德烈毕竟才23岁，目前除了足球，他眼里几乎什么都没有。更别忘了，据意大利教练自己所说，他们之所以愿意花2500万美元买下他，不仅因为他是个天才球员，也因为他是个好小伙——不惹是生非，也不是个风流浪子。不过话又说回来，这么年轻就要经受名望与金钱的考验，通常并不是那么容易体面过关的。也许过不了多久，我们就会看见一个彻底变身花花公子的舍瓦，身边簇拥着一群衣着暴露的年轻姑娘？不。至少现在，我们还是很乐意欣赏那些印着这位年轻足球天才、纯洁得不能再纯洁的海报。不过，这个大有文章可做的话题嘛……说不定以后我们还会再回来写的。
原文：В детстве суперфорвард андрей шевченко курил в туалетах, участвовал во всех школьных разборках и привозил друзьям из-за границы яркие баночки из-под колы
Андрей Шевченко — далеко не единственный из дворовых футболистов, сумевший вырасти в звезду европейского класса. Были уже Базилевич и Лобановский, Демьяненко и Баль. Но Андрей — особый случай. К нему и относятся по-разному. Женщины и дети его обожают. Да и мужчины, даже самые яростные болельщики киевского «Динамо», от всей души простили недавний гол, забитый в ворота родного клуба. Еще бы… Ведь Шева… Гордость украинского футбола.
Андрею всего 23, а он уже по праву считается одним из лучших европейских футболистов. Сейчас Шевченко уверенно лидирует в списке бомбардиров итальянского первенства: в 23-х матчах, проведенных за «Милан», он сумел отметиться 19 голами!
Люди, на глазах которых рос наш суперфорфард, с удовольствием вспоминают о детских годах футбольной звезды…
Между мальчишка постоянно идет борьба за парту, за которой сидел Андрей Шевченко
Семья Шевченко жила но Оболони, занимая обычную двухкомнатную квартиру панельного дама. Такие дома в Киеве раньше называли «клоповниками». Соседи хорошо помнят Андрея. И вразнобой рассказывают о том, какой он был славный мальчишка, как помогал маме, как подносил сумки, втаскивал на верхние этажи детские коляски, выносил мусор и ходил за хлебом. А мужчины среднего возраста сейчас спорят о том, кто же все-таки первый посоветовал Андрею пойти в школу «Динамо».
Семья как семья. Они какое-то время в Германии жили, потому посуда в доме была красивая. Стенка, диван, телевизор — все, как у других, — вспоминает Светлана Бурцева, проживающая в том же доме, в котором долгое время жила семья Шевченко. — Мои родители были очень дружны с семьей Андрея — тетей Любой и дядей Гришей. Праздники, дни рождения — всегда вместе. Дружно они жили.
Мы на минутку остановились около бронированной двери квартиры номер 58. Из дверей напротив выглядывает древняя старушка:
Никого нет, уходите. Корреспонденты? Пока они там по Италиям ездют, их сверху затопило. Наверное, в квартире все плавает.
Однако мы не заметили никаких следов потопа.
А вот и школа N216 — всего в ста метрах от подъезда. В кабинете, в котором учился Андрей первые три года, между мальчишками постоянно идет борьба за право сидеть за партой теперь такого знаменитого футболиста. Но какая точно парта Андрея? Сразу на нескольких столах перочинным ножом вырезано: «Здесь сидел Шевченко». Учителя же его хорошо помнят и гордятся тем, что учили уму-разуму звезду мирового футбола. Правда, класс Андрея сильным не считался. Сюда попали дети, которые не прошли каких-то тестов по физике. Но ребята подобрались все очень дружные, добрые. Андрея выбрали физоргом…
В старших классах у нас ввели физзарядку перед началом уроков, — вспоминает классный руководитель Людмила Адамовна Березинец. — На пороге школы стояла завуч, отмечала опаздывающих. Андрюша пропускал эту физкультминутку постоянно. Завуч меня укоряла: «Ваш Шевченко снова не пришел». Я ее убеждаю, что мальчик сам занимается: и по утрам бегает, и после уроков часами тренируется. А она мне каждый раз: правила для всех одни. «Андрюша, — говорю ему потом, — точность — вежливость королей и физоргов в том числе, не подводи меня так». Он смотрит честными глазами, искренне раскаивается и на следующий день… снова опаздывает. Знаете, есть ученики, о которых всегда тепло вспоминаешь. Андрей относится к их числу. Все просчеты свои знал. Ошибки сознавал. На уроках, правда, не особенно блистал. Я преподавала английский и часто спрашивала: «Как же ты, Андрюша, общаться будешь за границей без знания языка?» «Припечет — выучу», — отвечал он. Помню, как-то привез мне с соревнований заметку о себе. Я его прошу, подпиши: «Дорогой Людмиле Адамовне от будущего чемпиона». Он заупрямился, говорит, что «от будущего чемпиона» писать не будет. Стоявшая рядом девочка сказала, что она напишет за Андрея эти слова. Написала, а Андрей взял ручку и подписался под этим. А он таки стал чемпионом! И свой первый автограф Андрей дал мне.
Скажу честно: школа в немалой степени способствовала росту Шевченко, мы, учителя, очень помогали. Ведь как легко было написать в характеристике слова «не проявлял», «не отличался», «не посещал»… Но Андрея любили. Понимали, что он спортсмен и уже определился с будущим. И не надо ему мешать. К тому же у него чудесная мама. Три последних года Любовь Николаевна возглавляла родительский комитет. И брала на себя столько классных забот, что Андрею легко прощались пропущенные субботники, воскресники, сборы металлолома…
А вот лидером Андрея вряд ли можно назвать, — вспоминает учительница химии Надежда Николаевна Нечай. — Мне кажется, он ничем не выделялся среди учеников. Практически с седьмого класса Андрей себе уже не принадлежал: разъезды, сборы… Подходил ко мне и просил: «Ваш предмет мне никогда не догнать. Позвольте выучить какой-нибудь раздел, и я отвечу. Вы поставите мне то, что считаете нужным». «Пятерку» ставить не могла, «три» не хотела — выпустила его с «четверкой» по своему предмету. Так мы с ним и общались. А как-то подошел в очередной раз перед соревнованиями и сказал, что хочет привезти мне сувенир. Я попросила двухцветную авторучку — с красной и синей пастой. Андрей мне такую ручку привез. Я долго ее хранила.
По моему предмету Андрюша шел неплохо, — говорит учительница математики Лидия Васильевна Серенко. — Соображал хорошо. Конечно же, мог чего-то и не знать. Ну да разве это главное? Он настолько славный парень, искренний, непосредственный… Как-то мчится мимо и на ходу спрашивает: «Лидия Васильевна, вы галстук завязывать умеете? Мамы дома нет». Я огорченно призналась, что не умею… Когда Андрей уже стал звездой, приехал домой. А там, возле дома, сгрудились мальчишки в надежде взять автограф. А он услышал мое имя, достал коробочку конфет и передал. Жаль, что ни разу в школу после ее окончания не заглянул — наши бы ученики на всю жизнь эту встречу запомнили. Такую бы радость им подарил!..
На контрольных Шевчик пользовался шпорами и принимал участие во всех школьных разборках
А вот одноклассники Андрея далеко не во всем согланы с мнением училетей.
Андрей, безусловно, являлся лидером, — вспоминает Стас Москалевский. — Хотя в классе он не был самым высоким, но на физкультуре всегда становился первым. Когда его переставляли назад, он какое-то время там стоял, а потом снова перебирался в самое начало шеренги. И бежать старался первым. До четвертого класса мы называли его Шевчик. А уже потом, взрослея, он превратился в Андрею. Старшеклассники, зная о его спортивных успехах, относились к нему с уважением, приглашали играть. Класс у нас был очень спортивный, футболом болели почти все мальчишки. Шевчик всегда «перетягивал» игру на себя. Не успокоится, пока не возьмет мяч, не обведет пять-шесть игроков. Сам наслаждался, а другие парни чувствовали себя не у дел. Играть с Андреем было очень непросто… Зато, когда приходилось встречаться на поле со старшими парнями, тогда Андрей был просто незаменим. Мы становились в глухую защиту, а Шева практически сам оставался в нападении. И мы выигрывали. Иногда в команду брали новичков, которые играли слабо. Если они делали что-то не так, пропускали мячи, Андрей сердился, мог и прикрикнуть…
И по матушке послать мог?
А как же! Я ему говорил, что нельзя так, ведь люди второй раз на поле вышли. Он соглашался. Вот когда перешел в «Динамо» — стал намного сдержаннее, спокойнее. Интересно, что уже тогда Андрей берег свои ноги. Если кто-то его сбивал, бил по ногам, после игры Андрей тому мог и по шее дать. Играли мы иногда просто так, а иногда сбрасывались на ящик минералки. В старших классах играли на пиво. А иногда учителя нам призы отстегивали.
Говорят, Андрей на переменах покуривал в туалете…
Нормальным парнем он был. Мы, например, легко могли подраться и через пять минут помириться, могли прогулять урок ради хорошего фильма. Вот, говорят, Лобановский, когда не знал урока, вообще не приходил в класс, а Андрей приходил, но вел себя в зависимости от ситуации. Иногда молчал. Иногда выходил к доске, зная, что ему активно начнут подсказывать. На контрольных часто пользовался «шпорами», которые ему подбрасывали. Шевчик действительно курил класса до восьмого-девятого. Потом врачи «Динамо» запретили. Андрей был очень заметной фигурой в школе, принимал участие во всех разборках за школой в нашем укромном месте. Если он не являлся главным действующим лицом, то выступал мировым судьей. А когда кто-то просил Шеву о помощи, жаловался на обидчика, Андрею достаточно было сказать одно слово в защиту пострадавшего — и конфликт быстро улаживался.
А как вы отдыхали? Кроме игры в футбол, разумеется.
Андрей с нами гулял по Киеву, ездил в село (там и сейчас живет его дедушка). Он очень любил рыбалку. Да и дома ему нравилось бывать. Семья у них хорошая. Мама его понимала, жалела и многое прощала. И с сестрой они очень дружны.
Последние годы учебы в школе Андрей, понятно, находился в центре внимания. А щеголем его можно назвать?
Да. Любил кроссовки, стильные куртки. Он хорошо одевался. Я помню его первую загранкомандировку. Мы тогда учились в шестом классе. Андрей вернулся из Италии и восхищенно рассказывал о супермаркете. Говорит: «Пацаны, там все есть, и никто ни за кем не смотрит, и никто ничего не ворует». Он привез для нас уйму жвачек, брелков, авторучек и пустые баночки из-под кока-колы. Тогда, в 88- м, такие жестяные банки были в диковинку. Позже Андрей привозил электронные игрушки, которыми потом играл весь класс. Но больше всего его тогда, помню, поразило, как легко в Италии решались проблемы с формой. У нас в классе всегда с этим было трудно. Команда называлась то «Богатырь», то «Мушкетер»… Хотелось выглядеть одинаково, а каждый раз на новую форму не напасешься. Он восхищенно рассказывал о стадионах. Это казалось чудом, что они — дети, а играют на таких же полях, что и спортсмены-профессионалы. А однажды Андрею предсказали, что к 22-м годам он будет играть в «Ювентусе». Мы тогда обсудили и решили, что это — чепуха. Были еще времена Советского Союза: какой там «Ювентус»! А видите — сбылось! Правда, не «Ювентус», а «Милан», но все равно — Италия. Он очень хотел стать игроком высокого класса. Я помню, Андрей рассказывал о том, как Пузач — тренер «Динамо» — Лужного гонял. Берет несколько мячей и запускает сначала в один конец поля, потом — в другой. А спортсмен делает рывки. Потом вспоминал, как кто-то из старых динамовцев из-за границы на иномарке приехал. И очень много Андрей о своем тренере рассказывал, который бережет своего подопечного, словно отец родной, обо всем заботится. И ведь недаром берег — за 25 миллионов Шевченко продали…
В Италии мама готовит Андрею курицу в майонезе и печет сочники
Рядом с домом Андрея находится детсад, в котором почти 20 лет проработала завхозом его мама. Сюда Любовь Николаевна до сих пор звонит и по телефону рассказывает своим подругам об итальянской жизни.
Мы очень дружны с Любовью Николаевной и с Андреем, — делится Зинаида Николаевна Нужная, — вся их жизнь у нас перед глазами. Она всегда переживала за Андрюшу. Как-то в четыре года он сломал руку, но не проронил ни слезинки, даже не вскрикнул. Потом, когда спортом начал заниматься, на первые тренировки мама его водила. Ну еще бы! Ведь тренеры «Динамо» домой приходили, убеждали, что парню нужно работать. Когда Чернобыль взорвался, Любовь Николаевна увезла детей на море. Как только вернулись, снова начались звонки из клуба.
Андрюша очень чутким рос. Как-то Любовь Николаевна забирает его из школы, а он плачет — слезы в три ручья. Говорит, что по истории начали учить рабовладельческий строй и ему рабов жалко. Андрей до сих пор такой. Слышала, что, узнав о трагически погибших товарищах, прислал деньги их родителям. А если кому-то из близких одолжить денег нужно было, Андрей легко давал любые суммы на любой срок. Когда я его попросила о деньгах, он тут же достал: «Сколько нужно, теть Зин?»
Сейчас Любовь Николаевна уехала, и мы все ощутили насколько нам ее не хватает: не хватает ее шуток, ее рассказов, — вступает в разговор заведующая детсадом Валентина Николаевна Юрченко. — Знаете, как мы каждый матч переживали!..
Для Любы это было мучительно, — говорит Зинаида Николаевна. — Болея за сына на стадионе, она, когда кто-то из команды соперников шел Андрею наперехват, закрывала глаза, отворачивалась. Потом перестала ходить на стадионы — смотрела футбол по телевизору. Но во время каждой атаки выбегала в другую комнату и спрашивала у дочери: «Лена, ну что там?.. » Все ее серьезные болячки начались на нервной почве, когда Андрей серьезно ушел в спорт.
Сейчас она нам постоянно звонит из Италии, — продолжает Валентина Николаевна — Недавно был ее День рождения, мы ее поздравляли. Вспоминали, как отмечали дни рождения здесь, как песни пели. Ее любимые «Смереку», «Сыну, сыну, ангел мой»… Знаем, что живет сейчас в центре Милана, в квартире, которую выделил сыну клуб. Она радуется тому, что Андрея видит намного чаще, чем дома. И готовит по-прежнему то, что любит Андрюша: курицу в майонезе, запеченную на бутылке, жаркое. Жаловалась, что хотела сделать кровяную колбасу, но кровянки в Италии не достать. И сметана у них совсем не такая, как наша, там все больше йогурты предпочитают. А вот с салатами нет никаких проблем, все свежие овощи покупают. И еще спрашивала рецепт сочников, которые Андрей с детства любит, ведь «родная пища» ближе к желудку. Кстати у них в доме уже побывали первые итальянские гости. Встреча получилась очень теплой. Как-то Любовь Николаевна призналась, что очень скучает по дому. Нам тоже ее не хватает и мы все ждем ее возвращения.
На 8 Марта Андрей дарил однокласснице духи «Пиковая дама», книжку «Повесть о сыне» и веточку мимозы
До третьего класса на 8 Марта Андрей дарил подарок одной и той же девочке в классе — Ане Скрипке, которая занималась гимнастикой в школе Дерюгиных. Потом Аня перешла в другую школу. Теперь она стала мастером спорта по гимнастике, достигла немалых успехов и решила делать карьеру модели. И где бы вы думали? В Италии! Мир тесен… Не исключено, что на каком-нибудь престижном приеме суперфорвард встретит очаровательную модель, которой он в детстве на Международный женский день дарил духи «Пиковая дама», книжку «Повесть о сыне» и веточку мимозы.
Кстати, учителя считают, что успехом у слабого пола Шевченко не пользовался. Но с этой точкой зрения одноклассники Андрея единодушно не соглашаются.
Он, вопреки мнению учителей, привлекал всеобщее внимание хотя бы тем, что был единственным из ребят в школе, кто ездил за границу и имел спортивный костюм «Адидас», — вспоминает Стас. — Андрей бывал и на дискотеках, хорошим танцором, правда, он не слыл — любил больше потусоваться с народом. Считался одним из самых видных парней в классе. И нравились Андрею девушки, которые тоже чем-то выделялись.
Но тем не менее учителя вспоминают об одной девушке — Ане Чижик, с которой Андрей проводил больше времени, чем с другими.
Да что вы! Просто ей он очень нравился, она даже говорила, что Шева — ее будущий муж, — продолжает Стас. — Аня была хорошая девчонка, просто о каких-то романах Андрей тогда не думал. Думаю, некогда было.
Сейчас в своих интервью Андрей с завидным упорством утверждает, что невесты у него нет. А если и появится, то, скорее всего, ею будет украинка. Но возможно, его воображение поразит какая-нибудь маркиза Берлускони и он забудет о своем обещании..
Мне, признаюсь, очень хотелось бы написать о скандальчиках и любовных интрижках супердорогого игрока. Но Андрею всего лишь 23 года, и он пока не видит ничего, кроме футбола. К тому же, не забывайте, что, по признанию итальянского тренера, заплатили за него 25 миллионов не только за то, что он талантливый игрок, но и за то, что он — хороший парень, не скандалит и не ловелас. Однако не стоит все же забывать, что испытание славой и деньгами в столь юном возрасте, как правило, не так уж и легко пройти достойно. А может быть, вскоре мы увидим крутого плейбоя Шеву в компании оголенных барышень? Нет, пока нам приятно смотреть на целомудренные плакаты с изображением юного футбольного гения. Но к этой благодатной теме мы еще, возможно, вернемся…